fbpx

На фоне происходящих геополитических изменений – коррекции отношений президента Байдена с политикумом Европы и Украины, уже открытой демонстрации Кремлем своей военной мощи у наших границ возникает вопрос. Кто и чем реально поможет Украине в случае нападения России? Чтобы ответить на него, мы подготовили несколько аналитических публикаций. Первая посвящена природе взаимоотношений европейских государств с Североатлантическим альянсом в свете попыток России изменить “мировой порядок”.

Кто будет воевать за Украину?

В прошлом месяце мы стали свидетелями существенного наращивания российских войск у границ Украины. И хотя на сегодняшний день Москва заявила о некотором снижении военной активности и отводе сил в пункты постоянной дислокации, всем ясно, что потенциальная опасность эскалации никуда не исчезла

Объективная оценка заявлений и действий ряда европейских политиков свидетельствует о недостаточном осознании реальности угроз вооружённой агрессии Кремля, невзирая на очевидный факт оккупации украинского Крыма, продолжение войны на Донбассе, а также идущее военно-политическое поглощение Беларуси.
Напротив, продолжая пребывать в сладких грёзах “конца истории” глобальных конфликтов на континенте и возвращения геополитической субъектности, европейский политикум всё чаще прибегает к дискуссиям о перспективах так называемой “стратегической автономии”. Проще говоря – независимости от той геополитики, которую реализуют Соединенные Штаты.

Пацифизм против реваншизма

После окончания Холодной войны европейский социум слишком буквально принял идеи завершения глобального вооруженного противостояния. По мнению политиков, это должно было трансформировать социальный строй всех стран в однотипную либеральную демократию, что по их мнению принесло бы “вечный мир”. Получив эту прививку пацифизма большинство европейских стран радикально сократили свои вооруженные силы, ограничивая военную активность участием в миротворческих и стабилизирующих операций за рубежом.
Но политика тотального пацифизма быстро продемонстрировала полную несостоятельность. Начиная с 2014 года Европу поразили удары сразу с четырёх сторон.

С востока Европу сотрясла ревизионистская и реваншистская Россия, с юга – массовая миграция и терроризм, с запада – Америка, которая в каденцию президента Дональда Трампа пригрозила оставить Старый Свет один на один с “русским медведем”. На внутренней арене правящим элитам ЕС бросили вызов новые силы популизма и национализма.
Ситуация привела как минимум к двум оживлённым дискуссиям. Одна – насколько безопасность Европы в системе НАТО является эффективной в защите от России? Вторая – как реагировать на вывод американских войск?

Президент Франции Эммануэль Макрон, а также другие “голоса” европейского юга призвали к уменьшению зависимости от США и укреплению европейской “стратегической автономии”, в то время как голоса “атлантистов” (часто с востока и севера), выступили за возрождение могущества НАТО и восстановление европейского военного потенциала.

Что же такое “стратегическая автономия” Европы??

Под евростратегической автономией понимается способность самостоятельно противостоять крупным мировым игрокам, включая Россию и, возможно, Китай. Кроме того “автономия” подразумевает взваливание на плечи европейских армий тяжкого бремени защиты континента, а также реализацию политических амбиций геополитического вмешательства в других регионах.
В реальности такая автономия остаётся недосягаемой пока Европа будет состоять из отдельных и независимых стран.
На этом фоне справедливым будет заметить, что сигналы о снижении зависимости от США могут иметь как конструктивную составляющую, так и подрывать общественное доверие к реформам НАТО. Возможно, вместо громких заявлений, европейцам перспективнее сосредоточиться на восстановлении собственного военного потенциала, с упором на ближайшую перспективу.

Что настораживает Европу?

Заявления Дональда Трампа о возможном выходе США из НАТО могут объяснить причины недоверия европейской общественности к Америке как к партнеру в сфере безопасности. Учитывая, что экс-президент США или аналогичный политик теоретически может вернуться в Белый дом через четыре – восемь лет, апелляция к необходимости большей национальной или континентальной самодостаточности представляется оправданной для активизации оборонных усилий европейцев. Однако такой резкий переход от относительной геополитической апатии к “стратегической автономии” может оказаться слишком тяжелым.
На самом деле тот вид европейской “стратегической автономии”, за которую выступает Макрон, не сможет заменить существующих трансатлантических связей, поскольку такая автономия фактически ограничивается политическими и, возможно, промышленными вопросами, а также контекстом вмешательства в дела Африки и Ближнего Востока.
Следовательно, в вопросах уравновешивания России в военно-политическом плане, Европе нужна Америка.

Андрей Омельянчук, спеціально для Військовий Кур’єр України

Обговорення у Фейсбук